В постели с животным


Появился вопрос. На чьей вы стороне – на стороне женщины, которая любит свою собаку, или на стороне мужчины, который эту собаку недолюбливает?

Ситуация такая. Люди встретились, влюбились, поженились, а у нее собака. Мопсик. Или ройтвелер. А может, лабрадор. Не важно. Главное, что она уже много лет живет с животным.

Привыкла к нему, оно стало членом ее семьи, она любит его тискать, гладить и целовать. Собака спит с ней в одной постели. Собака добрая, ласковая, нежная, она обожает свою хозяйку и никогда не делала ей зла. Но вот в дом пришел мужик, и ему это не понравилось.

Дело в том, что он не любит собак. Он брезглив. Ему не нравится запах шерсти. И вообще, ему стрёмно целоваться с человеком, который только что лизался со скотиной. Ну, блин, фу. И почему он должен нагишом ложиться на простыню, запачканную собачатиной? Псина бегает по улицам, нюхает задницы других шавок, которые, между прочим, не вытирают их после туалета. Одним словом, он не желает делить свою жену с домашним питомцем.

Но жена-то собачку любит. Она же после прогулки моет ей ножки. И глазки у песика такие преданные. И искренние. И грустные. И собака привыкла спать с ней рядом. Разве не жестоко сначала приучить живое существо к чему-то, а потом отобрать это у него? А что до поцелуев, то всем известно: слюна у собак целебная. Неспроста псы лижут свои раны, и те у них сразу затягиваются. Так что муж еще благодарить жену должен за то, что она делится с ним сучьей слюной.

— Дорогая, — говорит на это мужчина, — давай сдадим зверя в приют. У меня, оказывается, на собак аллергия. Я чешусь и сморкаюсь. Я вынужден прятаться в отдельной комнате и выходить оттуда лишь в респираторе и галошах.

— Дорогой, — отвечает на это супруга. – Эту собаку я давно знаю, а тебя практически первый раз вижу. Так что в любом случае она останется жить со мной, а ты можешь поискать себе другое место. И вообще, принеси мне сначала справку о том, что у тебя аллергия. А то, знаешь, я почему-то тебе не верю.

Недавно я встретил того самого мужа, и он рассказал столь отчаянные подробности своей трагической жизни.

«Пойми, — сказал муж, — у нас с ней совершенно разные представления о гигиене. Она может погладить собаку, а потом, не помыв рук, подать мне хлеб. И удивляется, почему я этот хлеб не беру. Вот только что она копошилась в шерсти животного, собирала всех его блох, а потом тащит их себе в рот и обижается, что я не поступаю так же.

Эти твари уже в лифте начинают лизать пол, потому что там раньше постояла какая-нибудь сучка с течкой. На улице они носятся по помойкам, тычутся носами во всякую дрянь, нюхают собачье дерьмо, а потом лижут лицо своей хозяйки. Они лижут ей губы тем же языком, которым за пять минут до этого лизали экскременты. А она в свою очередь лезет этими губами ко мне. Но это же отвратительно.

Ты заглядывал когда-нибудь собакам в пасть? Видел, какой у них зубной камень? Все эти байки о каких-то целебных качествах собачьей слюны – сплошное вранье. Их рот кишит микробами. Неспроста же после собачьего укуса людям приходится делать кучу уколов. Собак постоянно нужно пролечивать от глистов. Но моя жена не считает нужным это делать. Конечно! Зачем? Ведь ее собачки такие пусечки.

Она может взять с пола собачью миску и поставить ее на обеденный стол, чтобы насыпать корм. С пола, по которому мы ходим ногами! Я ей говорю: «Как ты не понимаешь, это все равно, что я бы поставил на стол тапки. Тапкам же не место на столе». Но она этого не понимает. Обижается и считает, что я на нее давлю. «Я, — говорит, — не знала, что ты такой зануда».

Черт! Она лежит на кровати в коротком халатике, а по ней ползают ее псы. Со всей своей грязью, с глистами и насекомыми. Они трутся о нее своей шерстью, а потом ей вдруг начинает хотеться секса со мной. Но она же вся в собачьей шерсти. Она же сама в этот момент как собака. А я не хочу заниматься любовью с собакой. И при этом в нас культивируют представление о какой-то охренительной женской чистоплотности!

Какая, к монахам, чистоплотность! Она однажды поливала цветы, и мокрая земля из горшка просыпалась на пол. Надо было протереть. Она протерла. И знаешь, где она решила сполоснуть тряпку? Грязную, запачканную землей тряпку. В кухонной раковине! Прямо в стоящей там миске, в которой мы делаем салат. Я просто схватил эту миску и сразу выкинул ее в мусорное ведро. А она мне сказала, что я маньяк. Она целуется с собачьими глистами, валяется в собачьей шерсти, тащит грязь с пола в салатницу, а маньяк после всего этого я!»

Надо сказать, рассказ этого человека произвел на меня мощное впечатление. Я так прямо рельефно себе все это представил. Вот женщина с ее культом чистоты. Молочко для личика, скрабик для спинки, эпилятор для ножек, лосьон для ручек, шампунь для волосиков. Квартирка прибрана, бельишко стирано, подмышки выбриты. И при этом вся в собачьей шерсти. То есть свою шерсть она тщательно сбрила, а собачья как бы уже и не проблема, ибо собачка – пуся. Она страдает от того, что ей приходится видеть разбросанные по квартире мужские (о, мерзость) носки, но нисколько не страдает от того, что ее облизывает животное.

Я однажды пару дней жил у хозяйки двух пушистых кошечек. На исходе второго дня я был уже весь в кошачьих мехах. Шерсть налипла на мою одежду густым, непролазным слоем. От кошачьего лотка на всю квартиру разило мочой. Один раз я поскользнулся на обглоданной куриной ножке и два раза наступил в кошачью рвоту. Но в глазах прекрасной дамы именно я выглядел грязным козлом с разбросанными носками, а она считала себя феей со скрабиком и бритыми ножками.

Впрочем, может быть, я неправ. По крайней мере несколько женщин, которым я рассказал историю незадачливого мужа, не увидели в поведении его жены ничего эдакого.

— Да он просто больной, — говорили они. – Миску в мусор выкинул. Попробовал бы он наши миски выкинуть. Убили бы.

И вот я в смятении: кто прав? Разве не должен мужчина уважать чувства любимой женщины? Разве можно заставлять близкого человека отказываться от его привычек и привязанностей? Ведь мы же возмущаемся, если жены вдруг начинают запрещать нам играть в футбол или ездить на рыбалку. Футбол — наша страсть, наша отдушина, футбол пришел в нашу жизнь раньше жены. И вдруг: мне надоели твои бесконечные тренировки, ты не обращаешь на меня внимания, выбирай — или я, или мячик. А то еще однажды жена моего друга приказала ему выкинуть его любимую кошку. Ради нее. Ради их любви. И он свез кошечку на Перевалку, где и оставил коротать остаток ее кошачьего века. Мол, авось кто-нибудь подберет. Кошмар? Кошмар. Тогда почему мы считаем себя вправе вести себя так же?

Я однажды пару дней гостил у женщины с кошками. У нее жили две мохнатые, отчаянно линяющие твари. Ночью они приходили спать промеж нами, днем норовили закрыть головами мой ноутбук, терлись о ноги, требовали жрать и всюду разбрасывали свою шерсть. Я ходил весь в мехах. Кошачья волосня лезла в ухо, в горло и в нос. И я подумал: беги! И сбежал. А ведь некоторые остаются. Им кажется, что любовь сильнее брезгливости. Или что они же лучше собаки, и потому женщина, конечно же, ежели чё, выберет их. И она ведь, может быть, даже и выберет, но потом-то не простит и будет всю оставшуюся жизнь это припоминать.

Или все-таки вы на стороне мужчины? Или только в том случае, если у него действительно аллергия? Вы бы сами выбрали любимую собаку или мужа, ненавидящего собак? Мне правда интересно.

Александр Фукс

Источник